Румынская оккупация Гагаузии

Румынская оккупация Гагаузии
В августе 1917 г. немецкая оккупационная администрация предлагала правительству Румынии «содействовать приобретению Бессарабии, если Румыния заключит сепаратный мир с Четырехсторонним союзом (германо-австрийским блоком)». 27 ноября 1917 г. власти Бухареста за спиной России в Фокшанах подписали с немецко-австрийским оккупационным командованием перемирие. А в декабре 1917 - начале января 1918 гг. в Бессарабии создалась крайне напряженная ситуация. Лидеры «Сфатул цэрий» не в состоянии были навести порядок в крае, процесс большевизации которого усилился.
В этих условиях четыре румынские дивизии осуществили массированное нападение на Молдавскую Демократическую Республику. В январе - марте 1918 г. они силой оружия ее захватили. По словам Виктора Степанюка, «истинные политические цели румынских правителей были откровенно экспансионистскими: ликвидация государственности молдавского народа, превращение молодой Молдавской Республики в «румынскую провинцию», часть румынского королевства» («Государственность молдавского народа», Кишинев, 2006, с.204-205).
Власти королевской Румынии этого и не скрывали. На одном из пленарных заседаний румынского парламента лидер консервативной демократической партии Думитру (Таке) Ионеску, ставший позже премьер-министром Румынии (1921-1922 гг.), заявил: «Вы думаете, что правительство, направившее войска в Бессарабию, полагало, что посылает их только для охраны своего стога сена? Все знали, что войска посылаются в Бессарабию для того, чтобы тогда, когда это можно будет, и так, как это будет возможно, осуществить заключительный акт присоединения Бессарабии». «Мы решились послать необходимые войска, чтобы занять Бессарабию», - говорил другой политический и государственный деятель королевской Румынии И. Г. Дука.
В январе 1918 г. 11-я румынская дивизия перешла Прут между Унгенами и Леово и двинулась на Кишинев. Через Кагул на юг Бессарабии была направлена 13-я румынская дивизия, которая рвалась в Комрат, Романовку (Бессарабку), Измаил, Килию, Бендеры. По утверждению В.Степанюка, «Сфатул цэрий» вначале протестовал против румынского вторжения, но в Бухаресте слышать его голос не захотели. Некоторые представители тогдашней молдавской элиты выходили на боевые позиции вместе с отрядами, созданными Советами. Среди тех, кто с оружием в руках сражался с интервентами, были и гагаузы.
Архивные материалы свидетельствуют, что у села Кислица-Прут отряд вулканештских партизан два дня отражал атаки румынских подразделений. В бою здесь был тяжело ранен Харалампий Алексиогло. Партизанский отряд из трехсот человек, созданный жителями села Кубей (с. Черноармейское Болградского района Одесской области) Н. Шишманом, К. Иордановым, Г. Карой, А. Карачобаном, Хаджиогло, Калчевым, Фучеджи и другими, стойко обороняли родной край от оккупантов. Силы, однако, были неравными. По воспоминаниям одного из участников тех событий Д.К.Кюрчи (Кюркчи), 31 января 1918 г. румынские солдаты учинили дикую расправу над жителями села Кубей (В. Н. Лунгу, «Политика террора и грабежа в Бессарабии, 1918-1920 гг.», Кишинев, 1979, с. 49).
В те трагические дни партизанский отряд, состоявший из бывших солдат русской армии, действовал и в селе Дезгиндже Комратского района. Некоторые из них - Ф. Байрактар (в переводе - знаменосец), Г. Гроссу, И. Драгноз, Н. Тукан - были арестованы и расстреляны. В конце января 1918 г. в боях с интервентами под Белградом и Измаилом отличилась боевая дружина под командованием бывшего солдата русской армии В. П. Арабаджи, уроженца села Кириет-Лунга, Чадыр-Лунгского района. Автор этой книги знал его в то время, когда он преподавал турецкий язык в Институте международных отношений МИД СССР.
Советское правительство потребовало немедленного прекращения враждебных действий против Советской России. По распоряжению Совета Народных Комиссаров, 13 января 1918 г. кратковременному аресту подвергся весь состав румынского посольства в Петрограде. Красногвардейские части успешно сопротивлялись оккупантам. Это обстоятельство, а также протесты местного населения против оккупации края заставили королевское правительство заключить 5-9 марта 1918 г. мирный договор с Советской Россией. Власти Бухареста обязались в течение двух месяцев вывести войска из Бессарабии, «не предпринимать никаких военных, неприятельских или других действий» против Страны Советов и «не поддерживать таковые, предпринимаемые другими государствами».
Но одновременно с этим договором королевское правительство подписало предварительный мирный договор с державами австрогерманского блока (Австро-Венгрией, Германией, Турцией, Болгарией), по условиям которого Бессарабия передавалась Румынии. Власти Бухареста торопили лидеров «Сфатул цэрий», которые должны были организовать обращение депутатов о вхождении Бессарабии в состав Румынии. Чтобы лично присутствовать при событии чрезвычайной важности, утром 26 марта 1918 г. в Кишинев прибыл премьер-министр королевской Румынии Александру Маргиломан, которого сопровождал ряд министров.
К принятию решения о присоединении Бессарабии к Румынии лидеров «Сфатул цэрий» и их закордонных советников подталкивала и позиция официального Киева, лидеры которого тогда на антироссийской основе нашли общую точку соприкосновения с молдавскими сепаратистами. Украинские власти в феврале-марте 1918 г. публично заявили о своих притязаниях на земли между Прутом и Днестром. Они утверждали, что Бессарабия «находится в зоне жизненных украинских интересов» и должна стать «неотделимой провинцией Украины».
Подчеркнем, что в те драматические дни для судьбы молдавской государственности многие члены «Сфатул цэрий» и слышать не хотели об объединении Бессарабии с Румынией. От имени крестьянской фракции выступил молдаванин В. Цыганко, который заявил, что такой вопрос может быть рассмотрен только на референдуме. Председатель немецкого меньшинства Роберт Леш, К. Мисирков, выступивший от имени болгар и гагаузов, украинец А. Осмоловский, русский А. Грекулов заявили, что их фракции будут воздерживаться при голосовании. Но их мнения сепаратисты и не думали учесть.
В присутствии А. Маргиломана председатель «Сфатул цэрий» Ион Инкулец открыл заседание. После короткого приветственного слова румынский премьер Маргиломан вместе с другими официальными лицами Румынии покинул зал заседаний, чтобы «не оказывать влияние на принятие решения». Будущий хозяин Бессарабии, естественно, лукавил. От имени «Молдавского блока» И. Буздуган зачитал резолюцию «Об объединении Бессарабии с Румынией». В ней, в частности, говорилось: «Молдавская Демократическая Республика (Бессарабия) в ее границах между Прутом, Днестром, Черным морем и старым пределом Австрии, оторванная Россией более ста лет назад от тела древней Молдовы, в силу исторического права и права кровного родства, на основании принципа, гласящего, что лишь сами народы должны решать свою судьбу, с сегодняшнего дня и навечно объединяется с родной матерью - Румынией». Как в 1812 г. царизм не стал интересоваться мнением населения Бессарабии, так и в 1918 г. королевская Румыния не сочла нужным это сделать. Действовали они по принципу: прав тот, кто сильнее, а узнать мнение народа необязательно.
Под давлением лидеров «Сфатул цэрий» и румынских военных 27 марта 1918 г. состоялось открытое и поименное голосование, хотя крестьянская фракция требовала тайного голосования. К этому времени «Сфатул цэрий» насчитывал 138 членов, из которых 13 человек отсутствовали, в том числе один гагауз. За присоединение Бессарабии к Румынии проголосовали 86 человек, против - 3. Воздержались 36 человек, среди которых были 10 представителей национальных меньшинств. За резолюцию о присоединении проголосовал поляк Ф. Дудкевич. Если бы голосование было тайным, то результаты были бы иными - таково мнение многих западных исследователей. Среди тех, кто голосовал против присоединения Бессарабии к Румынии, был гагауз по национальности Михаил Русев.
В день принятия решения он вместе с некоторыми депутатами от имени кооператоров Буджака подписал акт о нелегитимности вхождения края в состав Румынии. Архивные материалы свидетельствуют, что М. Русев много лет на юге Бессарабии работал в сфере кооперативного движения. Недолгое время он был сельским учителем. Сотрудничал в газетах. Не раз его арестовывали и предавали суду, лишали возможности участвовать в общественной жизни. Жизнь этого сына гагаузского народа оборвалась трагически. Не выдержав собственных страданий и страданий своего народа, он повесился. «М. Русев был веселым, бодрым, жизнерадостным человеком, полным энергии и веры в жизнь. Он никогда не унывал, отличался решительностью в своих действиях, огромной активностью и стремлением к общественно-политической работе», - писал о нем журнал «Красная Бессарабия».
Король Румынии (1914-1927 гг.) Фердинанд первый 9 апреля 1917 г. промульгировал «акт унирий». От имени румынского народа он объявил Бессарабию объединенной с Румынией, не интересуясь мнением многонационального населения Бессарабии. Таков был позорный конец «Сфатул цэрий». Румынский король заменил официальное название «Молдавская Демократическая Республика» колониальным названием «Бессарабия». Вскоре после акта «воссоединения» очередную большую группу приверженцев независимости Бессарабии, среди которых были и гагаузы, насильно выдворили за Днестр.
Отметим, что было и немало гагаузов, которые добровольно переселились за Днестр. Многие из них примкнули к революционному движению и участвовали в гражданской войне, сохранив в душе идею гагаузской автономии. В составе Временного рабоче-крестьянского правительства Бессарабии, образованного в Одессе в апреле 1919 г., активное участие принимала подпольщица из Комрата Евгения Карабаджак. Начальником охраны правительства Бессарабии был гагауз из Чадыр-Лунги П. С. Генов, о котором говорили - «тверже камня». В первую мировую войну он служил в рядах русской армии в Закавказье. В феврале 1920 г. П. Генов начал работать в ВЧК (Всероссийская чрезвычайная комиссия), которая вела борьбу с контрреволюцией и саботажем. Вместе с ним в ВЧК служила и его сестра - Елена Генова.
В годы гражданской войны в органах ВЧК Витебской губернии руководящие посты занимал другой уроженец Чадыр-Лунги - Н. И. Тукан. Подчеркнем, что в борьбе за Советскую власть участвовало и немало гагаузов, переселившихся (1906-1914 гг.) в ходе столыпинской аграрной реформы из Бессарабии в Казахстан и Сибирь. Выходцы из гагаузских сел Вулканешты и Кыпчак (Копчак) создали партизанский отряд «Красные горные орлы», успешно сражавшийся на Алтае против белогвардейцев. В его рядах воевали выходцы из Копчака братья Манастырлы (Михаил, Семен, Константин, Илья), Михаил Попазов, Афанасий Браган (Драган), Георгий Онофрей, а также вулканештцы Иван Селемет и Илья Селемет («История и культура гагаузов», Кишинев, 2006, с. 296).
О незаконности решения «Сфатул цэрий» от 27 марта 1918 г. писали многие западные органы печати. Французский «Журнал о России» 9 мая 1918 г. отмечал: «Румыния аннексировала Бессарабию. Румынские солдаты присутствовали при голосовании и угрожали штыками тем, кто протестовал». Сам румынский премьер Маргиломан со временем в своем дневнике записал, что «присоединение» было осуществлено не в Кишиневе, а в Бухаресте».
После акта 27 марта 1918 г. Молдавская Демократическая Республика, просуществовавшая всего 61 день, перестала упоминаться румынскими властями. А через 8 месяцев и 13 дней Бессарабия вторично «вошла» в состав Румынии, но на этот раз без всяких условий. Это было 27 ноября (10 декабря) 1918 г. Вопреки решительным протестам В.Цыганко и других членов «Сфатул цэрий», вопреки тому, что в зале было всего 46 человек из 162-х, открытие сессии состоялось. До этого высшие власти края при поддержке королевских военных кругов неоднократно проводили чистку в рядах членов «Сфатул цэрий». Самовольно исключали из его состава неугодных им лиц и кооптировали своих сторонников. Так стал депутатом и писатель Константин Стере (1865-1936 гг.).
Так началась жизнь (1918-1940 гг.) молдаван, а также немолдавских этносов в составе королевской Румынии. Никто не стал интересоваться их мнением, в каком государстве они хотят оставаться. Как и в 1812 г., испытанным и тяжеловесным аргументом сторон была сила. Более ста лет назад в борьбе с Османской империей сильнее была царская Россия, «правда» оказалась на ее стороне. В 1918 г. королевская Румыния при поддержке держав австро-венгерского блока воспользовалась слабостью Советской России и «правда» оказалась на ее стороне. Западные державы, организовавшие интервенцию в Бессарабию, всячески стремились поддерживать атмосферу постоянной напряженности между Советским государством и королевской Румынией. Такие были времена.
В секретной записке лидеров «Сфатул цэрий» П. Халиппы, И. Кодряну и других, адресованной в декабре 1918 г. правительству Румынии, читаем: «.. .Интервенция румынской армии создала в Бессарабии режим военной оккупации... Командование совершенно не считается с гражданскими властями... В неслыханной степени возросли реквизиции... Своей абсурдной жестокостью румынские жандармы сеют ненависть. Все крестьянство кипит негодованием... Во всех областях администрации господствуют террор, издевательство и коррупция... Население стонет от дороговизны» (Arhivele Statului, Bucurejti, Prejedinfia Consiliului de Mini$tri, 1918, doc. 19, f. 7-9).А вот что писал 25 декабря 1919 г. премьер-министру Румынии А.Вайда-Воеводе депутат парламента Румынии от Бэлц Александр Мыцэ: «После прибытия румынских войск Бессарабия подверглась чрезвычайному произволу, который не поддается никакому сравнению. Думаю, что лишь в каком-нибудь уголке Африки может случиться что- либо подобное... Без сомнения, во время русского абсолютизма бессарабский народ не мог себе даже представить что-либо подобное».
В Бессарабии была введена смертная казнь. На бессарабской земле интервенты огнем и мечом наводили свой порядок. В конце 1918 г. отряды оккупационных войск под командованием румынского полковника Нягу доставили из Дезгиндже (Гагаузия) в село Баймаклия семь человек, из которых четверых без суда расстреляли. Интервенты расстреляли даже некоторых членов «Сфатул цэрий», выступавших против них. Население Бессарабии, отмечает В. Степанюк, судило о Румынии и румынах по злым служащим, вороватым сборщикам налогов, явившимся со старого королевства, и по методам, которые они здесь применяли («Государственность молдавского народа», Кишинев, 2006, с. 269).
Широчайшие масштабы принимал грабеж населения. Особенно тяжко пришлось гагаузам, болгарам и другим немолдавским этносам. Наряду с жесточайшей эксплуатацией они оказались в языковой изоляции. К тому времени для национальных меньшинств русский язык окончательно стал вторым родным, но вдруг его новые власти стали серьезно притеснять. Реквизицией хлеба в Бессарабии занималось военное министерство Румынии. Вывоз хлеба из Измаильского и Аккерманского уездов, в состав которых входили многие гагаузские села, на три года был передан в монополию центральных держав. В результате вывоза запасов хлеба и других сельскохозяйственных продуктов в Бессарабии начался голод.
Население Бессарабии, как могло, сопротивлялось властям королевской Румынии. Политика и практика оккупационных войск отвечала политическим интересам большевиков, которые настраивали жителей края против оккупантов. Острый характер борьба принимала в населенных пунктах Гагаузии. «Крестьяне села Комрат с оружием в руках встретили интервентов, подошедших со стороны Татарбунар», - писала 28 января 1918 г. газета «Голос революции». Упорное сопротивление оккупационным войскам было оказано и в других местах Гагаузии. В период с 1919 по 1921 год в Комрате действовала подпольная организация во главе с выпускником Комратского реального училища С.Ф. Гаврилюком.
Однако некоторые историки грешат, когда утверждают, что с первых дней оккупации Бессарабии на ее территории развернулась народная борьба против интервентов. Глубокий анализ всех обстоятельств и фактов, имевших место на обоих берегах Днестра, показывает, что процесс был весьма сложным и противоречивым. После ухода Красной армии из Бессарабии перед ее командованием встал вопрос об активизации подпольной работы в крае. Одним из первых приступили к подпольной работе железнодорожники Бендер, среди которых были и гагаузы. Из архивных документов (ЦГА МССР, ф. 680, оп. 4, д. 770, л. 34) явствует, что в гагаузских селах Казаклия и Баурчи Кагульского уезда люди проводили большевистскую пропаганду и ждали прихода Красной Армии. Румынская тайная полиция раскрыла подпольные организации в селах Чадыр-Лунга, Гайдар, Бешалма, Томай, КирсовоДвардица, Ферапонтьевка.
Самым крупным выступлением бессарабцев против оккупантов было Татарбунарское восстание (16 сентября 1924 г.), жестоко подавленное 22 сентября того же года королевскими властями. В рядах восставших были молдаване, гагаузы, болгары, украинцы, русские, евреи. В защиту татарбунарцев выступили видные зарубежные писатели и ученые того времени - А. Барбюс, А. Эйнштейн, Б. Шоу, Т. Манн, Л. Арагон. Среди них были и румынские деятели культуры и науки - М. Садовяну, П. Константинеску-Яшь. В своей книге «Палачи» французский писатель А. Барбюс заклеймил палачей бессарабских крестьян.
В 1929 г. разразился жесточайший мировой экономический кризис, продолжавшийся до середины 1933 г. В поисках куска хлеба тысячи бессарабцев вновь устремились в Латинскую Америку. Среди них было и немало гагаузов. А через три года (18 июля 1936 г.) в Испании вспыхнул военно-фашистский мятеж, началась гражданская война. Она оказала влияние и на революционное движение в Бессарабии и Румынии, и на фашистские круги Бухареста. В Кишиневе был создан Бессарабский комитет помощи Республиканской Испании. Более 150 бессарабских добровольцев, среди которых были и гагаузы, прошли славный боевой путь в составе испанской республиканской армии. В борьбе за свободу испанского народа погибло 20 бессарабских волонтеров, среди них и сын гагаузского народа Емелиан Стойкое, 1901 года рождения, родом из села Александрия Аккерманского уезда.
Пока шла гражданская война в Испании, внутриполитический курс королевской Румынии открыто заявил о себе как профашистский. 10 февраля 1938 г. в стране была установлена королевская диктатура. Летом того же года было введено новое административное деление Румынии на 10 областей (цинутов), возглавляемых королевскими резидентами, наделенными, как писала газета «Curentul» 14 августа 1938 г., «всей полнотой исполнительной власти». Бессарабия была расчленена на части. Пять ее уездов, на которые приходилось 49,67 процента территории и 54,62 процента населения, перешли в подчинение краевых центров, расположенных в Румынии. Этот политический шаг властей Бухареста отрицательно сказался на общественно-политической жизни бессарабских гагаузов. Их снова раскололи.
В июне 1938 г. был принят закон о гражданстве и преимуществах для лиц румынской национальности. Строго было запрещено пользоваться любым языком, кроме румынского языка. Во всех учреждениях директивно был введен румынский язык. Населению Бессарабии было объявлено, что написанные не на румынском языке письма и телеграммы не будут доставляться почтой, а прошения в учреждения не будут рассматриваться (ЦГА МССР, ф. МСК, л.316). «Румынизация» всей страны тяжело отразилась на положении гагаузов, болгар, украинцев, русских, евреев. Началось очищение Бессарабии от евреев и других нероманских этносов. Апогея этот план достиг в годы второй мировой войны, когда фашистский генерал Ион Антонеску дал приказ разработать меры по уничтожению евреев и насильственной депортации гагаузов и болгар.
Активное насаждение румынской культуры и языка, возможно, было бы менее болезненным, если бы при этом учитывались специфические интересы национальных меньшинств, в том числе гагаузского народа. 24 декабря 1921 г. Директорат народного просвещения Бессарабии издал приказ о переводе всех школ на румынские программы и полном прекращении преподавания русского языка. Школы с русским языком преподавания закрывались. Учебники не печатались. Культурное развитие немолдавских этносов искусственно сдерживалось. Для значительной части молдаван, гагаузов, болгар, евреев, других немолдавских этносов ограничения и запрещения использования русского языка вели к катастрофе. Ради истины, однако, заметим, что в оценке этого вопроса советские историки зачастую передергивали факты. Все, что исходило из Бухареста, подвергалось беспощадной критике, зачастую беспочвенной (см. Ф. Ангели, «Очерки истории гагаузов - потомков огузов», Кишинев, 2007, с. 404-407).
Опасность культурной политики королевских властей состояла в жестких методах и формах, к которым они прибегали, не считаясь с национальными интересами гагаузов, болгар и других немолдавских этносов. Министр кабинета Александру Авереску (1859-1938 гг.) и Иона Антонеску (1882-1946 гг.) Ион Петрович (1882-1972 гг.) писал: «Русским не удалось русифицировать Бессарабию за 105 лет, а нам же удалось это сделать менее чем за четыре года» («Адевэрул», сентябрь-ноябрь 1923 г.). По утверждению молдавского историка Иона Дрона, маршал Александру Авереску имел гагаузские корни. Он родился в селе Бабеле Измаильского уезда («Capitala», 2 august 2000, рад. 4-5).
Отметим, что в тот период причины негативного явления в системе народного образования Бессарабии были связаны также с крайне сложным экономическим положением края. Несмотря на некоторое оживление мировой экономики после всеобщего кризиса, промышленность Бессарабии к концу 40-х годов XX века оказалась в состояние застоя. В 1937 году производственные мощности предприятий использовались на 5,4-34,2 процента. Самый высокий процент был в пищевой отрасли. Площади пахотной земли, стадо рабочего и продуктивного скота сократились. В Бессарабии наблюдалась хроническая массовая безработица. Такую картину рисовал журнал «Basarabia economica» (1939, nr. 3, p. 7).
Вследствие ухудшения жизненного уровня населения, большинство родителей не имело возможности дать своим детям хотя бы начальное образование. Только незначительная часть детей оканчивала начальную школу. По официальным данным, в 1932-1933 учебном году ее окончило всего полпроцента учащихся (один из 80). В особо катастрофическом положении находились гагаузы и болгары, для которых серьезной проблемой оставалось незнание румынского языка. Это испытывали на себе гагаузские юноши-призывники, которым приходилось служить в строительных батальонах и других вспомогательных родах войск. За все 22 года пребывания Бессарабии в составе королевской Румынии власти игнорировали специфические интересы гагаузского и других немолдавских этносов. Они не учитывали менталитет населения Бессарбии, сформировавшийся за 106 лет его пребывания в составе царской России.
бессарабия партизанский оккупационный румынский

Литература

Страницы истории и литературы гагаузов (XIX-начало XX вв.), Кишинев, 2005.
Сычева В.А. Фонетические особенности арабских и персидских лексических заимствований в гагаузском языке /Яюркологические исследования. М., 1976.
Чакир М. История гагаузов Бессарабии // Страницы истории и литера-туры гагаузов XIX-начала XX вв. Кишинев, 2005.
Чеботарь П.А. Гагаузская художественная литературы (50-80-е годы XX в.). Кишинев, 1993.
Чимпоеш Л.С. Дестанный эпос гагаузов. Кишинев, 1997.
Шабашов А.В. Гагаузы. Одесса, 2002.
Этногенез и этническая история гагаузов. Кишинев, 2002.

ИСТОЧНИК-http://www.bibliofond.ru/view.aspx?id=664281